Венчание Богословие брака Этика православного брака и семьи - Примечания
Этика православного брака и семьи - Примечания Печать E-mail
Автор: Виген Гуроян   
Индекс материала
Этика православного брака и семьи
Экклезиологический аспект проблемы брака
Природа брака
Когда брак распадается
Аскетическое значение брака
Брак как призвание христианина
Примечания
Все страницы

Примечания

1 Я не провожу разграничения между терминами «брак» и «семья». Конеч­но, с точки зрения социологии, такой подход может показаться проблематич­ным. Но я не хотел бы рассуждать здесь в таком ключе. Точно так же я признаю, что за последние годы было выявлено множество типов семей и соответствен­но увеличилось число определений, даваемых этому феномену. Богослов Джон Бужамра разработал определение, соответствующее духу учения Православной церкви. В нем находит отражение центральная предпосылка данного очерка, которая состоит в том, что в рамках православной традиции брак и семья име­ют ярко выраженный экклезиологический характер и назначение. Предлагае­мое Бужамрой определение не есть описание тех форм, которые принимает брак и семья в том или ином обществе. Оно устанавливает, какими должны быть образцовые брак и семья. По словам Бужамры, семья может быть определена как «группа людей, связанных узами крови или обоюдным желанием, живущих вместе, отличающихся постоянством взаимоотношений, с детьми или без тако­вых, чей союз обусловлен обязательством по поддержанию общности, одновре­менно глубоко личной и оказывающей на человека воспитательное воздействие» (John L. Boojamra, «Theological and Pedagogical Perspectives on the Family as Educator*, Greek Orthodox Theological Review 29 no. 1 [Spring 1984]: 4–5). Особенно важна последняя часть этого определения. Семью связывает воедино взаимное обязательство быть постоянными в отношениях друг с другом. Эта связь опре­деляется как сакральный брак между мужчиной и женщиной, осуществляемый церковью. Таким образом, брак характеризуется не только постоянством, гетеросексуальностью и наличием тесной взаимосвязи между его участниками. Он также представляет собой общность людей, которая, будучи посвящена жизни и миссии церкви, играет в ней важную роль, что провозглашается в публичном литургическом благословении.

2 Robert Bellah, et al., Habits of the Heart (Berkeley and Los Angeles: University of California Press, 1985), p. 112.

3 Brigitte Berger and Peter Berger, The War Over the Family (Garden City, N.Y.: University of California Press, 1983), а также: Christopher Lasch, Haven in a Heartless World (New York: Basic Books, 1977).

4 Berger and Berger, Family, p. 110.

5 Ibid., p. 112.

6 Ibid., p. 172. 'Ibid., p. 132.

8 Ibid.

9 Подобный гипериндивидуализм присущ второму предложенному Беллахом (Bellah) определению индивидуализма, согласно которому индивидуализм — это «вера в то, что индивидуум есть первичная реальность, в то время как общество представляется чем-то второстепенным, производным, искусственно создан­ным». Беллах называет такой подход «онтологическим индивидуализмом» (Bellah, et al., Habits, p. 334). Согласно описанию Христофера Лэша (Christopher Lasch), самовлюбленные люди рассматривают самоудовлетворение как право, которое общество должно даровать им. Они избегают социальных обязательств, будь то семейные узы или политическая ответственность, и считают их угрозой для своей личной свободы. Ибо таким образом они оказываются зависимыми от объективных требований или обязанностей, в результате чего подвергаются суду окружающих их людей. Самолюбование напрямую связано с «онтологичес­ким индивидуализмом», выявленным Беллахом. Оно ведет к принятию «идео­логии необязывающих обязательств и неопределенных взаимоотношений, ко­торая, осуждая все ожидания, стандарты и нормы поведения как „нереалистич­ные", в наибольшей степени отвечает духовным запросам конца XX столетия» (Lasch, Haven, p. 140).

10 Berger and Berger, Family, p. 3.

11 Stanleys. Harakas, Contemporary Moral Issues (Minneapolis, Minn.: Light & Life Publishing Co., 1982), pp. 100, 101. Нельзя признать необоснованной озабочен­ность Харакаса относительно того, что может быть определено как естествен­ные социальные обязанности брака. Некоторые, пожалуй, найдут более явную связь между этими обязанностями и сакральным характером брака по сравне­нию с положениями, выдвинутыми как Харакасом, так и мною. Но здесь я не занимаюсь разработкой концепции таких естественных социальных обязанно­стей. Я не склонен признать подобную стратегию наилучшей в свете предлагае­мой самой традицией интерпретации брака. Это было бы неверно и в связи с неблагоприятным положением христианского и светского брака в рамках со­временного общества. Даже если мы примем во внимание существование по­добных социальных обязанностей, мы должны отдавать себе отчет в том, что они нуждаются в преображении в духе христианского понимания и практики брака как осуществляемого во Христе призвания на службу церкви. Харакас в беседе со мной отмечал, что цитируемая мною статья задумывалась как про­граммный документ, предназначенный для широкой аудитории, который дол­жен был быть издан Греческой православной архиепархией Северной и Юж­ной Америк. И это отчасти объясняет форму цитируемой статьи.

12 Ibid., р. 100.

13 Ibid., р. 104.

14 Bellah, et al., Habits, p. 93.

15 John Chrysostom, «Homilies on Ephesians», in A Select Library ofNicene and Post-Nicene Fathers of the Christian Church, First Series, vol. 12 (Grand Rapids, Mich.: Wm. B. Eerdmans Publishing Co., 1956), p. 148 (homily 20).

16 Clement of Alexandria, «On Marriage» (Stromateis 3), trans. John Ernest Leonard Oulton and Henry Chadwick, in Alexandrian Christianity, The Library of Christian Classics, vol. 3 (London: SCM Press, 1954), p. 71 (bk. 3, chap. 10).

17 Возможно, мне следовало бы объяснить, почему я привожу здесь эту цитату из Библии. Я не хотел приводить ее в качестве некоего подтверждения сакрального характера брака. Но все не так просто. Процитированный мною отрывок Послания святого апостола Павла к Ефесянам занимает в силу сложившейся традиции центральное место в православных обрядах бракосочетания. Здесь он составляет часть повествования: «история» брака передается на разные лады в соответствии с принципами типологической герменевтики. К примеру, в византийском обряде пятый стих 32 главы Послания к Ефесянам произносится во время царственной процессии, сопровождающей венчание жениха и невесты и объявление их царем и царицей нового творения, нового «царства», в соответствии с предоставляемым церковью образцом. Таким образом, брак оказывается причастным божественной тайне, полностью раскрывающейся в Иисусе Христе и церкви. Затем следует повествование о браке в Кане (Ин 2), которое еще больше усиливает впечатление, вызванное пятым стихом 32 главы. Ибо, согласно Иоанну, чудо, связанное с превращением воды в вино, является первым признаком наступления Царства Божьего. Из самого обряда можно заключить, что предлагаемая в нем богословская интерпретация придает этим отрывкам сакраментальное значение, выходящее за пределы того, что мы находим в Евангелиях и Посланиях святого апостола Павла.

18 Theodore Mackin, S.J., What Is Marriage (Ramsey, N.J.: Paulist Press, 1982), p. 328.

19 Boojamra, «Theological and Pedagogical", p. 7.

20 Basil, The Long Rules, in St. Basil: The Ascetical Works, trans. M. Monica Wagner, The Fathers of the Church, vol. 9 (New York: Fathers of the Church, 1950), p. 248.

21 Paul Evdokimov, «The Theology of Marriage", in Marriage and Christian Tradition, trans. Sr. Agnes Cunningham, S.S.C.M. (Techny, 111.: Divine Word Publications, 1968), p. 89. Более подробно см.: Paul Evdokimov, The Sacrament of Love (Crestwood, N.Y: St. Vladimir's Seminary Press, 1985).

22 John Chrysostom, «Homilies on Ephesians», p. 143 (homily 20).

23 Творения Василия Великого, в 3-х томах, т. I, Спб., 1911, Беседа 7.

24 Иоанн Златоуст пишет об этом следующее: «Они созданы для того, чтобы быть единым телом. В этом таинство любви! Если двое не стали одним, они неспособны возвыситься. Лишь принизившись, можно возвыситься! Велика сила единого! Бог в начале творения разделил одну плоть на две, но при этом Он желал показать ее единство и после разделения. С этой целью Он не дозволил каждой из двух половин производить потомство самостоятельно. Теперь-то ты видишь, сколь велико таинство брака? Из тела Адама Бог создал Еву и затем соединил их воедино, дабы их дети происходили из единого источника. Точно так же и муж с женой есть не два, а одно. Если он — глава, то она - тело. Так как же их может быть двое? Она была сотворена из его ребра. А значит, они являются двумя составляющими единого организма» (John Chrysostom, St. JohnChrysostom on Marriage and Family Life, trans. Catherine P. Roth and David Anderson[Crestwood, N.Y.: St. Vladimir's Seminary Press, 1986], p. 75 [homily 12 on Colossians4:18]. См. также «Homilies on Colossians», in A Select Library of Nicene and Post-NiceneFathers of the Christian Church, First Series, Vol. 12 [Grand Rapids, Mich.: Wm. B.Eerdmans Publishing Co., 1956], p. 318 [homily 20]).

25 Christos Yannaras, The Freedom of Morality, trans. Elizabeth Briere (Crestwood,N.Y: St. Vladimir's Seminary Press, 1984), p. 162.

26 Evdokimov, «Theology of Marriage», pp. 71—72.

27 Ibid., p. 74.

28 Basil, Long Rules, p. 248.

29 The Blessing of Marriage or The Canon of the Rite of Holy Matrimony according to theUsage of the Armenian Apostolic Orthodox Church (New York: Armenian ChurchPublications, 1953), p. 54.

30 Rite of Holy Matrimony (Armenian), p. 55.

31 Цит. no: Kenneth Stevenson, Nuptial Blessing (New York: Oxford UniversityPress, 1983), pp. 111-112.

32 Donna Schaper, «Marriage: The Impossible Commitment", in Moral Issues andChristian Response, ed. Paul T. Jersild and Dale A.Johnson (New York: Holt, Rinehart& Winston, 1983), p. 103.

33 Ibid.

34 Isabel Florence Hapgood, ed. and trans., Service Book of the Holy Orthodox-CatholicApostolic Church (Englewood, N.J.: Antiochian Orthodox Christian Archdiocese, 1975),p. 297.

35 Stevenson, Nuptial, p. 112.

36 Rite of Holy Matrimony (Armenian), p. 56.

37 В православных церквах не было выработано единых правил развода. Но существует ряд принципов, в соответствии с которыми принимается решение о расторжении брака. Брак расторгается в случаях, когда имели место прелюбодеяние, измена, отсутствие одного из супругов более пяти лет, серьезные физические заболевания (которые, к примеру, препятствуют физической близости супругов и исполнению супружеских обязанностей), неисцелимые душевные болезни, жестокое и оскорбительное обращение (что указывает на несов­местимость супругов). Во всех этих случаях, по словам Павла Евдокимова, «ис­чезает сама сущность таинства (любви)», не достигаются цели, поставленные перед браком. См. Evdokimov, The Sacrament of Love, p. 184.

38 WilliamJ. Everett, Blessed Be the Bond (Philadelphia: Fortress Press, 1985), p. 19.

39 См. c. 131 данного издания.

40 Theodore Stylianopoulos, «Toward a Theology of Marriage in the OrthodoxChurch.., Greek Orthodox Theological Review, 22, no. 1 (Fall 1977): 270.

41 Hapgood, Service Book, p. 296.

42 Stylianopoulos, «Theology of Marriage», p. 270.

43 См. John Meyendorff, Marriage: An Orthodox Perspective (Crestwood, N.Y.: St.Vladimir's Seminary Press, 1984), особенно pp. 44-47 (о повторных браках), 54-58 (о разводе). См. также: Demetrios J. Constantelos, Marriage, Sexuality and Celibacy:A Greek Orthodox Perspective (Minneapolis, Minn.: Life & Light Publishing Co., 1975);Evdokimov, Sacrament of Love, особенно chap. 6; Lewis J. Patvos, «The OrthodoxPosition on Divorce.., Diakonia 5, no. 11 (1970): 4-15; Elia Melia, «Divorce in theOrthodox Church.., Diakonia 10, no. 3 (1975): 280-282.

44 Leonard Boff, «The Sacrament of Marriage», in The Future of Marriage, ed.William Bassett and Peter Huizing, Concilium, New Series, vol. 8, no. 7 (New York:Herder & Herder, 1973), p. 32.

45 Rite of Holy Matrimony (Armenian), p. 63.

46 О византийских обрядах бракосочетания (как первого, так и повторного) см.: Paul Ramsey, «Liturgy and Ethics», Journal of Religious Ethics, 7, no. 2 (Fall 1979),особенно pp. 153—160.

47 Hapgood, Service Book, pp. 292-293.

48 Ibid., p. 304.

49 Ibid.

50 Ibid., p. 305.

51 См. c. 136 данного издания.

52 Hapgood, Service Book, p. 296.55 Ibid., p. 305.

54 Ramsey, «Liturgy and Ethics.., p. 155.

55 В церковных канонах, регулирующих вопросы развода и повторного брака, равно как и в сочинениях их православных интерпретаторов, не содержится четко сформулированного богословского обоснования или объяснения негативного отношения церкви к повторному бракосочетанию. Порядок его проведения неразрывно связан с покаянием даже в случае вдовства повторно вступающих в брак людей. Тем не менее подобное отношение является вполне осмысленным. Существуют некие критерии, которые помогут нам разобраться в этом вопросе. Осмелюсь выделить два богословских основания покаяния, сопряженного с обрядом повторного бракосочетания. Они носят умозрительный характер. Всю ответственность за их выдвижение я беру на себя. Во-первых, обеты верности и целомудрия, составляющие важнейшую часть церемонии бракосочетания, не утрачивают силы после смерти одного из супругов. Они по-прежнему связывают человека духовными обязательствами. Овдовев, человек продолжает перед лицом Господа быть связанным узами бессмертной любви со своим умершим супругом. Для такого человека вдовство в наибольшей степени соответствует тому характеру жизни (характеру Господа Бога, раскрывающего Себя в Своей несокрушимой любви к творению, живому и мертвому), который человек обретает через обряд бракосочетания, вняв призыву Иисуса Христа. Овдовев, человек продолжает чтить завет вечной любви, участником которого становится каждый состоящий в браке в подражание завету, заключенному Гос­подом Богом с Израилем. Таким образом, можно объяснить резкие высказыва­ния о повторном браке, которые мы находим в сочинениях отдельных отцов церкви, синодальных документах и канонах, где проводятся параллели между подобными браками и бигамией. Точно так же объясняется и отсутствие в об­ряде повторного бракосочетания молитв и обетов верности и целомудрия.

Вторая причина тесно связана с первой. Обряд повторного бракосочета­ния предоставляет человеку и обществу в целом возможность покаяться даже в случае вдовства вступающих в брак людей. Ибо такой брак напоминает нам о смерти, возникающей вследствие господствующего в мире греха, который пре­следует человечество со времен ветхого Адама (см. Рим 5:12). Покаянный ха­рактер обряда обретает смысл, обусловленный природой и значением брака, о чем я говорил ранее. Более того, этот обряд начинает осмысляться по-новому в том случае, если мы не ограничиваемся рамками индивидуалистических и во­люнтаристских концепций греха, но мыслим в категориях всеобщей греховности, которая, быть может, и помимо нашей воли неотступно следует за родом человеческим.

56 Я не хотел, чтобы у моих читателей сложилось впечатление, что существу­ет некая твердо установленная традиция относительно этого вопроса. В отличие от Римско-католической церкви в православии наблюдается определенная противоречивость в суждениях по данному вопросу, которая имеет место даже в произведениях такого выдающегося деятеля церкви, как Климент Александ­рийский, цитируемый далее. Здесь я привожу развернутую цитату из Павла Ев­докимова, посвященную затронутой мной проблеме. Интерпретация, предла­гаемая мною на последующих страницах настоящей книги, полностью соответ­ствует мнению Павла Евдокимова. См. Sacrament of Love, pp. 65—66:

«Только в педагогических целях... можно говорить о предпочтительности того или иного пути в христианстве, ибо то, что представляет ценность для всего христианского мира, имеет значение и для каждого из этих двух состоя­ний. В восточном христианстве никогда не проводилось разграничения между «заповедями» и «евангельскими советами». Евангелие в своей всеобщности об­ращено к каждому человеку. Оно призывает его следовать явленным в нем абсо­лютным ценностям. Поэтому все попытки доказать преимущества одного пути перед другим бесполезны. Ибо речь идет об абстрактном и в силу этого объек­тивном процессе. Ценность самоотречения в обоих случаях определяется в за­висимости от вносимого в него человеком позитивного содержания, коим яв­ляется сила любви Господа.

Святой апостол Павел стремился к осуществлению неразделимого служе­ния. Супруги, являющие собой «семейную церковь», и монашеская община про­ливают свет друг на друга, помогая друг другу в служении Господу. Церковь все­гда помнит об этом. Институт брака находится под защитой церкви, которая неоднократно в прошлом отражала направленные на него нападки манихейцев и представителей радикальных кругов духовенства».

Евдокимов приводит ряд интересных примеров, касающихся того, как на практике в рамках ordon традиции брак и целибат оказывали благотворное вли­яние и взаимно дополняли друг друга (ibid., р. 66).

«В браке природа человека претерпевает сакраментальное изменение, в чем-то сходное, а в чем-то и отличное от того, как человек меняется, принимая мо­нашеский постриг. Глубочайшая внутренняя связь объединяет эти изменения. Обеты вступающих в брак людей приобщают их к особого рода монашеству, поскольку с того момента, как они становятся мужем и женой, они умирают для прошлого и начинают новую жизнь. Более того, в обряде принятия монашеско­го пострига присутствуют некоторые элементы обряда венчания (например, такие термины, как «обрученный» и «супруг»), а древний обряд бракосочета­ния включал в себя выстрижение тонзуры, символизирующее подчинение двух воль воле Господней. Итак, брак включает в себя состояние монашества. Брак и монашество становятся двумя взаимодополняющими аспектами одной и той же непорочной сущности духа человеческого. Согласно старой русской традиции время, отделяющее помолвку от свадьбы, рассматривалось как своего рода мо­нашеское послушание. После церемонии бракосочетания новобрачные долж­ны были обрести прибежище в монастыре, дабы подготовиться ко вступлению в «брачное священство» (ibid., р. 68).

57 Dmitri Dudko, Our Hope (Crestwood, N.Y.: St. Vladimir's Seminary Press, 1975)p. 57.

58 Clement of Alexandria, «On Spiritual Perfection» (Stromateis 7), trans. JohnErnest Leonard Oulton and Henry Chadwic, in Alexandrian Christianity, The Library ofChristian Classics, vol. 3 (London: SCM Press, 1954), p. 138.

MJohn Chrysostom, «Homilies on the Hebrews, in A Select Library of the Nicene and Post-Nicene Fathers of the Christian Church (New York: Christian Literature Co., 1890), p. 402 (homily 7).

60 Hapgood, Service Book, p. 294.

bl Rite of Holy Matrimony (Armenian), p. 56.

62 Фолкнер У. Собрание сочинений. В 6-ти т. Т 3. Сойди, Моисей: Повести. Пер.с англ. О. Сороки, М.: Художественная литература, 1986. с. 340.

63 Там же, с. 383.ы Там же, с. 383.

65 Там же, с. 384.

66 Там же, с. 385.

67 Там же, с. 385-386.

68 Там же, с. 371.

69 Там же, с. 410.

70 Там же, с. 412.

71 Hapgood, Service Book, p. 300.

72 Evdokimov, «Theology of Marriage», p. 101.

73 Ibid., p. 98.

74 Everett, Blessed Bond, p. 111.

75 John Updike, Couples (New York: Alfred A. Knopf, 1968), p. 7.

76 Ibid., p. 457."Yannaras, Morality, p. 170.

78 Ibid.

79 Bellah, et. al., Habits, p. 109.

80 Александр Шмеман, За жизнь мира. Перевод с английского. N.I., 1983, с.

85.

81 Robert A. Nisbet, The Quest for Community (New York: Oxford University Press,1969), p. 60.

82Schaper, «Marriage», p. 104.

83 Herbert Anderson, «The Family Under Stress: A Crisis of Purpose», in MoralIssues and Christian Response, ed. Paul T. Jersild and Dale A.Johnson (New York: Holt,Rinehart & Winston, 1983), p. 124.

84 Hapgood, Service Book, p. 301.

 




 

Венчальная картинка

Счастливые ...
Украшение с...