Венчание Богословие брака Этика православного брака и семьи - Природа брака
Этика православного брака и семьи - Природа брака Печать E-mail
Автор: Виген Гуроян   
Индекс материала
Этика православного брака и семьи
Экклезиологический аспект проблемы брака
Природа брака
Когда брак распадается
Аскетическое значение брака
Брак как призвание христианина
Примечания
Все страницы

Природа брака

Джон Бужамра (John L. Boojamra) однажды заметил:

...даже монашество имеет смысл только в контексте института семьи как необходимой формы существования разделенного человечества (mutualistic paradigm). Монашеская жизнь оправдана только в условиях падшего, искаженного грехом и отчуждением мира. Как следует из Книги Бытие (Быт 2:18), в мире, который имеет прямое и ясное назначение... семья является нормой19.

Это фундаментальное богословское понимание общественной природы человека является источником православной этики брака и семьи. Во 2-й главе Книги Бытие брак (и семья) предстает как естественный институт человеческой жизни, обусловленный творческой активностью Бога. Посредством брака и семьи Бог позволяет человеку приобщиться к Своей творческой деятельности и участвовать в процессе искупления. Речь идет о «естественной» сакральности брака, присущей ему даже после грехопадения. Эта сакральность, подобно образу Божьему в людях, не была окончательно утрачена с первым актом неповиновения и отклонения от пути, предначертанного человеку. Христианам нет необходимости заново изобретать брак. Однако его характер и направленность необходимо изменить, очистить от эгоизма, похоти и собственнического духа, возвысив его до брака «в Господе». Следует, путем полной интеграции брака со священной жизнью Церкви, восстановить его связь с Божественным замыслом. Брак, подобно всей церковной жизни, должен строиться вокруг таких обладающих обновляющим и воспитывающим действием таинств, как крещение и святое причастие.

Действительно, брак укоренен в естественной социальности человека. Эта социальность немыслима без того, что характерно только Для человеческих существ — разумности и свободы воли. Но брак также обусловлен природной, биологической необходимостью (то есть половым влечением, а также длительным периодом зависимости человеческого потомства от родителей). Как писал в своих «Наставлениях» Василий Великий, мы нуждаемся друг в друге, поскольку никто из нас не «является самодостаточным в том, что касается телесных потребностей... Бог, Творец устроил все таким образом, что мы должны нуждаться в помощи друг друга... с тем чтобы мы могли вступить в общение друг с другом»20. Однако супружеский союз в отличие от монашеского братства, к созданию которого стремился Василий, основывается на человеческой сексуальности. Половое влечение людей есть не просто инстинкт продолжения рода. Оно включает в себя свободу человека и eros. Взаимоотношения между полами составляют часть супружеской любви и брачного союза. В человеческой жизни «любовь проникает в основание любого инстинкта и «изменяет даже саму сущность вещей» [см. 1 Тим 2:15]21. Православная церковь определяет половое сношение термином synousia, что означает «единство в сущности». Муж и жена становятся одним в этом священном браке. Они образуют духовное единство, одну плоть, одно тело, объединяющее двух личностей, которые в своей свободе и любви, посредством общения с Христом, являют образ триединой сущности Бога и выражают великое таинство спасения, представленное в отношениях Христа и церкви.

Согласно православному учению брак имеет в своей основе половую любовь, которая, если не подвергается искажениям, стремится возвыситься до совершенного союза между двумя людьми. Такой союз есть первое благо, достигаемое в браке. «С самого начала, — писал Иоанн Златоуст в своих Проповедях на Послание к Ефесянам (5:22-23), — Бог создал особые условия для этого союза, с тем чтобы двое стали одним»22. Это означает, что брак представляет собой не просто соглашение или договор между двумя индивидами. Как пишет Василий Великий в «Шестодневе»:

Мужья, любите жен, хотя вы чужды были друг другу, когда вступали в брачное общение! Сей узел естества, сие иго, возложенное с благословением, да будут единением для вас, бывших далекими!25.

Такой союз можно рассматривать как этический императив брака, даже если, с другой стороны, он представляет собой Божественный дар, благословенную связь. Те, кто состоит в браке, обязаны вести совместную жизнь в соответствии с нормами такого союза. И это не просто обязательства супругов друг перед другом. Это их долг перед церковью, соединившей их узами брака. Брак это не то, что сегодня иногда называют термином «брачный контракт» — исключительно личные, взаимосогласованные отношения супругов, включая их требования друг к другу и их права по отношению к тем благам и преимуществам, которые являются результатом их совместного проживания. Подобный подход отрицает нормы объединяющей евхаристической любви, равно как и растущую общность в браке и заменяет их установкой на взаимное отчуждение во имя собственного душевного удовлетворения, самореализации и автономной деятельности. Православная этика брака отвергает все претендующие на нормативность притязания так называемого естественного эгоизма, личного интереса или автономности. В 1-й главе Книги Бытие первые мужчина и женщина предстают как одно, объединенное браком человеческое существо, данное в единстве составляющих его элементов24. Лишь в результате вмешательства дьявольских сил это пребывающее в брачном единении существо — «Адам—Ева» — оказывается разделенным на две чуждые друг другу составные части, отношения между которыми подвержены разрушающему влиянию сексуального стыда и антагонизма. Тем не менее супружеский союз становится основной аналогией и метафорой, используемой в пророчествах Ветхого Завета для обозначения договора между Богом и Его народом и восстановления первоначальных взаимоотношений между Богом и человечеством. В Новом Завете брак является символом личностного, полноценного участия в Царстве Божьем (см. Откр 19).

Такая этика брака не ограничена рамками природного закона. Ибо природа, как мы познаем ее посредством эмпирических наук, столь многое раскрывших перед нами относительно ее происхождения и внутренней структуры, является таковой в результате падения и дезорганизации. Как говорил Христос Яннарас (Christos Yannaras): «[Христианский] брак становится тем, чем он должен стать не [только] в силу природного взаимодействия, но в силу отношений, присущих Царству Божьему»25. Для православного понимания брака в качестве таинства важно то, что Евангелие от Иоанна (отрывок из 2-й главы которого является составной частью всех восточных христианских обрядов бракосочетания) начинается с описания свадьбы в Кане, где Христос превращает воду в вино, предвосхищая превращение вина в кровь Христову во время Тайной вечери26. В православном богословии основанный на ems естественный брак трансформируется в образ Царства Божьего, превращается в путь служения Кресту и приобщения к братству святых. «Если монах преображает ems посредством его очищения, в супружеской любви подобная трансформация оказывается возможной благодаря открытости для любви Божественной», — писал Павел Евдокимов27. Супружеский союз, первичное благо и норма брака, возникает, когда природный ems преодолевает собственные границы в акте взаимной самоотдачи супругов друг другу. Eros приобщается к динамике agape, которая, по словам Василия Великого, «стремится не к обладанию ... [и не] сосредоточена на одних лишь ... личных интересах», но служит «многим, во имя их спасения»28. Супружеский союз делает возможной любовь, которую принято называть agape. Брак (равно как и завещанное Василием Великим монастырское монашество) есть путь, следуя которым, человеческие существа Божьей милостью могут преодолеть свое неестественное разделение и достичь совершенства во взаимной любви, ради которой было создано человечество.

В армянском ритуале священного бракосочетания сразу после венчания невесты и жениха и непосредственно перед возведением их на престол читаются две молитвы. В этих молитвах говорится о нормах супружеского союза и о том, в каком отношении они находятся к другим благам, присущим браку. Содержание этих молитв, а также символика самого действия означают следующее: союз тех двоих, что прежде были разделены между собой, служит социальным и даже общественным интересам, имеет экклезиологическое значение и готовит вступивших в него личностей к вхождению в Царство Божье. В первой молитве, в частности, говорится:

Молим Тебя, Господи, благослови этот брак, как Ты благословил брак святых прародителей, сохрани их беспорочными в духовной любви и единомыслии на протяжении всей их жизни.

Господи, благослови их и надели многочисленным потомством, если на то будет воля Твоя, дабы оно унаследовало жизнь, исполненную добродетели во славу Твоего Пресвятого имени ...И удостой их нерушимой радости небесного брака вместе со всеми Твоими святыми20.

Эта молитва называет духовную любовь и взаимное согласие высшими благами, присущими браку. Но общность и союз супругов не являются самоцелью. О них говорится как о фундаменте для совместной с другими людьми добродетельной жизни. Потомство есть дар и благословение, позволяющее углубить и расширить эту агапическую общность. Семья — это школа добродетельной жизни, которая готовит личность к служению другим и делает ее достойной Царства Божьего. Даруя потомство, Бог преображает личности мужа и жены совершенно неожиданным для них образом. Дети учат своих родителей смирению, терпению, упорству, умению преодолевать собственные слабости. Появлением на свет ребенка Бог дает родителям возможность открыть внутри себя способность к безграничной любви, прощению и спасению жизней других людей.

Вторая молитва армянского ритуала начинается с упоминания о браках «Аврама и Сары, Исаака и Ревекки, Иакова и Рахили, Иоакима и Анны, Захарии и Елизаветы». Эти браки были благословлены Господом, и по отношению к ним Бог остался верен Своему завету и обещанию. Эти праведники были предвестниками Божьего Царства. На их примере вступающие в брак наставляются в добродетелях Царства и обретают уверенность в том, что Бог любит их непоколебимой любовью и стремится к тому, чтобы они также унаследовали Царство Божье.

Молим Тебя, благослови венчание этих Твоих рабов, как благословил Ты венчание Твоих праведников. Ведь Ты даровал рабам Твоим придти за Твоим сладостным благословением и возложил на их головы драгоценные венцы 30.

Далее упоминается свадьба в Кане как подтверждение того, что Христос вовлек брак в сферу Своего пастырского служения Царству. После этого следует упоминание тех добродетелей, которые должны сопутствовать браку. Но вместо того чтобы цитировать текст армянского ритуала, было бы интересно привести отрывок из коптской венчальной молитвы. Это убедительный пример той внутренней связи между этикой и эсхатологией, которая существует в учении о браке восточного христианства.

Святой Господи! Ты возложил пречистые венцы на головы святых Твоих, Ты привел к единству все сущее на земле и на небе... благослови венцы, приготовленные нами, с тем чтобы увенчать ими рабов Твоих. Да будут это венцы славы и чести. Аминь. Венцы благословения и здоровья. Аминь. Венцы радости и удачи. Аминь. Венцы ликования и благодарности. Аминь. Венцы добродетели и справедливости. Аминь. Венцы мудрости и разумения. Аминь. Даруй же увенчанным ими рабам Твоим ангела мира и сделай нерушимыми узы их любви. Избавь их от греховных мыслей и коварных козней дьявола. Яви им милость Твою, услышь их молитву; посели страх Божий в их сердцах и направляй их жизнь. Продли их годы, даруй им радость созерцать своих сыновей и дочерей. И пусть все рожденные ими послужат Твоей единой и единственной Святой, Соборной и Апостольской Церкви, утвержденной в вере православной 31.

В этой молитве отражено то великое значение, которое имеет в Христианском браке Божественное присутствие, то, что составляет сущность брака «в Господе». Первое благословение для вступающей в брак пары, за которым обращаются к Богу, это благословение радости, благодарности и процветания. Эти благословения взывают к образу великой свадьбы в Царстве Божьем, брачной вечери Агнца. Брачные благословения являют собой предвестие описанного в Откровении Иоанна эсхатологического действа:

...аллилуйя! ибо воцарился Господь Бог Вседержитель. Возрадуемся и возвеселимся и воздадим Ему славу; ибо наступил брак Агнца... блаженны званные на брачную вечерю Агнца (Откр 19:6—9).

Брачный союз является образом того последнего дня, когда свершится то, о чем повествует автор Откровения:

И увидел я новое небо и новую землю; ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет. И я, Иоанн, увидел святой город Иерусалим, новый, сходящий от Бога с неба, приготовленный как невеста, украшенная для мужа своего. И услышал я громкий голос с неба, говорящий: се, скиния Бога с человеками, и Он будет обитать с ними; и они будут Его народом, и Сам Бог с ними будет Богом их... (Откр 21:1—3).

Из коптской молитвы следует, что благословенные брачные узы имеют как частное, так и всеобщее значение. «Является ли брак самоцелью, или же он есть одно из тех воспитательных средств, которые готовят нас к выполнению более важного предназначения?» — спрашивает Донна Шапер (Donna Schaper)32. Ее ответ совпадает с содержанием коптской молитвы и аналогичных молитв, читаемых во время восточных обрядов бракосочетания. Брак является тем средством, которое готовит нас к выполнению своего более важного предназначения. Если бы брак был самоцелью, тогда такие частые спутники брака, как многоразличные страдания и трагические события, скука и беспокойство, злодейства и душевные муки, оказались бы просто невыносимы, став надежным доказательством тщетности, ничтожества и бессмысленности жизни. Однако «церковь, — как отмечает Шапер, — исторически понимает брак как таинство, действие, выходящее за рамки возможного и совершаемое в силу одобрения, поддержки и благословения со стороны божественных сил»33. Скорее всего, «выходящее за рамки возможного» — слишком категоричное определение. Но не вызывает сомнения тот факт, что брак, с точки зрения православного богословия, является эсхатологическим действием, совершаемым во имя веры.

Православие понимает таинство брака как дар решившей создать семью паре, вручаемый ей Богом при посредничестве церкви. Таинство брака — это путь, следуя по которому естественный, греховный брак преображается и приобщается к новой жизни в Царстве Христовом. Такой брак и в самом деле выходил бы за рамки возможного, если бы он зависел исключительно от человеческой воли. Но христианский брак является тем средством, которое восстанавливает разрушенные отношения между мужчиной и женщиной, силою благодати соединяя их в эсхатологическую общину церкви. Прискорбно, что западное, особенно римско-католическое, богословие утратило эсхатологическую перспективу брака и перестало понимать, что брак — это призвание. В нравственном богословии католичества значение брака преуменьшается до уровня юридического договора, фиксирующего определенные права и привилегии сторон и прекращающего свое действие в случае смерти любого из его участников. Текст коптской молитвы настаивает на превосходящей юридические нормы духовной реальности брака, понимаемого как союз с Богом и служение Его Царству. Бог дарует вступающей в брак паре устремления и добродетели, необходимые для строительства Его Царства. Во всех восточных ритуалах рождение детей описывается как духовное благословение, укрепляющее маленькую церковь семьи, упрочивающее ее служение Богу и продлевающее ее жизнь из поколения в поколение вплоть до второго пришествия Христова. И при всех возможных расхождениях в понимании этого вопроса логика рассуждения здесь носит не утилитарный, но эсхатологический характер.

Также, в отличие от католического нравственного богословия раннего периода, православное богословие никогда не называет деторождение основной целью брака. Производство потомства лишь тогда обретает подлинно гуманистическое значение, когда оно происходит в результате отношений, исполненных свободной от эгоизма объединяющей любви. В одной из старейших молитв византийского ритуала с особой ясностью говорится о тех благословениях, которые свойственны браку. «Соедини их в единомыслии, сочетай их в одну плоть, даруй им телесное плодородие и рождение здорового потомства»34. А в очень характерной для восточного христианства коптской молитве о благословенном рождении детей говорится как о еще более великом служении Богу, призвание к которому получают все вступающие в брак, «создающие семью в Господе». «Даруй им радость созерцать своих сыновей и дочерей. И пусть все рожденные ими послужат Твоей единой и единственной Святой, Соборной и Апостольской Церкви [курсив мой. — В. Г.], утвержденной в вере православной»35.

В армянском обряде бракосочетания эти экклезиологические и эсхатологические темы представлены образами, воспеваемыми в псалмах. Молитва, следующая после венчания, содержит в себе просьбу к Богу «возрастить их [вступающих в брак] подобно плодоносящему древу, растущему во Дворе Божьем... в жизни праведной, чистой и богоугодной». Именно в таком браке должны взращиваться дети, а вся жизнь и деятельность такой семьи может стать служением церкви. В армянской молитве о детях говорится как о благословенном плоде брака. Молитва содержит обращение к Господу с прошением позволить супругам «дожить до тех лет, когда они смогут лицезреть детей своих детей и стать народом, преданным Тебе, прославляющим Твое святое имя и благословляющих Пресвятую Троицу»36. Таким образом, в армянской молитве выражено не только понимание того, что потомство это Божественный дар, но и проницательное утверждение о том, что брак, заключенный «в Господе», представляя собой особый тип отношений, позволяет воспитывать детей, наследующих завет о спасении, данный Богом их праотцам и нашедший свое полное воплощение в Иисусе Христе. Дети есть дар и благословение, выражение могущества и полноты Божественной природы, заключенное в человеческом союзе мужа и жены. А потомство, которому завещано стать «народом Бога», является еще большим даром и наградой благополучного брака. Христианский брак это начало «малой церкви», наименьшей, но самой значимой в мире общественной ячейки тела Христова. Брак, понимаемый как таинство, брак, проведенный в супружеской верности, дает надежду на вечную любовь и прочный союз, который будет превыше всех бренных человеческих установлений, включая и сам институт брака. Христианская семья — это воплощенное в детях обетование будущей, исполненной радости жизни.


 

Венчальная картинка

Свадебные т...
Свадебный б...